• История -Публицистика -Психология -Религия -Тюркология -Фантастика -Поэзия -Юмор -Детям                 Рус - Тат
  • Татарский переводчик

    Константин Пензев

    Хемингуэй. Эпиграфы для глав

    Мусульманские праздники

    Тайны татарского народа

    Повесть о Омаре Хайяме




  • Полный список авторов

  • Популярные авторы:
  • Абдулла Алиш
  • Абдрахман Абсалямов
  • Абрар Каримулин
  • Адель Кутуй
  • Амирхан Еники
  • Атилла Расих
  • Ахмет Дусайлы
  • Аяз Гилязов
  • Баки Урманче
  • Батулла
  • Вахит Имамов
  • Вахит Юныс
  • Габдулла Тукай
  • Галимжан Ибрагимов
  • Галимъян Гильманов
  • Гаяз Исхаки
  • Гумер Баширов
  • Гумер Тулумбай
  • Дердменд
  • Диас Валеев
  • Заки Зайнуллин
  • Заки Нури
  • Захид Махмуди
  • Захир Бигиев
  • Зульфат
  • Ибрагим Гази
  • Ибрагим Йосфи
  • Ибрагим Нуруллин
  • Ибрагим Салахов
  • Кави Нажми
  • Карим Тинчурин
  • Каюм Насыри
  • Кул Гали
  • Кул Шариф
  • Лев Гумилёв
  • Локман-Хаким Таналин
  • Лябиб Лерон
  • Магсум Хужин
  • Мажит Гафури
  • Марат Кабиров
  • Марс Шабаев
  • Миргазыян Юныс
  • Мирсай Амир
  • Мурад Аджи
  • Муса Джалиль
  • Мустай Карим
  • Мухаммат Магдиев
  • Наби Даули
  • Нажип Думави
  • Наки Исанбет
  • Ногмани
  • Нур Баян
  • Нурихан Фаттах
  • Нурулла Гариф
  • Олжас Сулейменов
  • Равиль Файзуллин
  • Разиль Валиев
  • Рамиль Гарифуллин
  • Рауль Мир-Хайдаров
  • Рафаэль Мустафин
  • Ренат Харис
  • Риза Бариев
  • Ризаэддин Фахретдин
  • Римзиль Валеев
  • Ринат Мухамадиев
  • Ркаил Зайдулла
  • Роберт Миннуллин
  • Рустем Кутуй
  • Сагит Сунчелей
  • Садри Джалал
  • Садри Максуди
  • Салих Баттал
  • Сибгат Хаким
  • Тухват Ченекай
  • Умми Камал
  • Файзерахман Хайбуллин
  • Фанис Яруллин
  • Фарит Яхин
  • Фатих Амирхан
  • Фатих Урманче
  • Фатых Хусни
  • Хабра Рахман
  • Хади Атласи
  • Хади Такташ
  • Хасан Сарьян
  • Хасан Туфан
  • Ходжа Насретдин
  • Шайхи Маннур
  • Шамиль Мингазов
  • Шамиль Усманов
  • Шариф Камал
  • Шаукат Галиев
  • Шихабетдин Марджани
  • Юсуф Баласагуни


  • Олжас Сулейменов

    АЗ И Я

    Царь Додон и Геродот

    Теперь мне хочется показать на живом примере, какое эхо может вызвать в науке неверная нота, взятая Переписчиком. Неразоблаченная ошибка писца, размножаясь в современных толкованиях, приобретает силу неопровержимого исторического факта, на котором воздвигаются порой крепости невероятные.

    В. И. Стеллецким кратко описана история толкований строки «поют время Бусово, лелеют месть Шароканю», в которой удалось поучаствовать и мне.

    В. И. Стеллецкий: «Первая часть предложения представляет собой неясное место в «Слове». Высказывались различные предложения. Н. Грамотин в 1823 году предполагал, что Бус - имя половецкого хана. С 30-х годов а советской науке утвердилось мнение, высказанное Е. Огоновским в 1876 году, что под Бусом следует понимать Божа, одного из князей предков восточных славян, именуемых в науке условно «антами». В 375 году Бож был побежден готским королем Вннитаром. Он, его сыновья и семьдесят знатных антов были взяты в плен и казнены.

    Особую точку зрения занимал Н. К. Гудзий. Он писал: «Бус, очевидно, один из прославившихся победами половецких ханов». («Слово о плъку Игореве», 1938). В своей «Хрестоматии по древней русской литературе», однако, он уже пишет: «Бус - антский князь Бос или Боус».

    В 1962 году О. Сулейменов высказал мнение, что оба рассматриваемых предложения относятся к одной и той же битве 1107 года, в которой половецкие ханы Боня и Шарухан «старый» были разгромлены объединившимися русскими князьями... С поражением Игоря перед Кончаком, сыном Артыка и внуком Шарухана, открылась возможность отомстить за злоключения своего отца и деда, потому-то «готские девы» и вспоминают о недавнем поражении, позорном бегстве кипчаков и радуются победе Кончака. И в казахском языке сохранилось точное определение такого массового бегства целого племени или народа, какое пришлось испытать кипчакам после разгрома. Оно называется «босу». «Время босу», или если взять конструкцию «Слова» «время босуво-бусово» (1).

    В. И. Стеллецкий принимает это объяснение и переводит: «поют про время (давних) напастей, лелеют месть за (поражение) Шарухана» (2).

    О. В. Творогов также согласился с доводами моей статьи и отказал Божу в доверии(3).

    Победу эту я могу считать тем более значительной, что Бож олицетворяет все то худшее, что несла в науку «патриотическая» историография. Почему в XIX веке изобретение Е. Огоновского не было принято ни одним из ученых? Почему в 30-х годах нашего века все советские исследователи единогласно признали изобретенье за великое открытие? Один Н. К. Гудзий еще сопротивлялся в 1938 году, но и он, в конце концов, был вынужден принять эту версию, успевшую превратиться в аксиому.

    На примере Божа можно убедиться, как просто делается история.

    ...Е. Огоновский (4), увлеченный соседством «готских дев» с «временем Бусовым» (в написании Мусина-Пушкина) обратился к сочинению римского историка Иордана (VI век) «О происхождении и деяниях готов», где в одном из рассказов обнаружил имя «Бооз». Этого оказалось достаточным для рождения гипотезы, которую он высказал весьма неубежденно.

    Через полвека мысль его была подхвачена и получила неожиданное направление. Бооз - превратился в «Божа» (хотя в латинском алфавите нет буквы «ж», и Иордан никак не мог бы написать эту форму); анты объявлены восточными славянами только на том основании, что автор «Слова» якобы помнил о существовании Бооза.

    За четыре истекших десятилетия уравнение анты = восточные славяне вошло в сознание историков без всяких доказательств, и в солидных научных работах по истории восточных славян этот тезис приводится походя, как само собой разумеющийся.

    А. К. Югов и вовсе превратил Божа в русского: «поминают смерть князя русского Божа - славят и отмщение за Шарухана».

    Так ошибка переписчика XVI века породила целое направление в исторической науке.

    В 1962 году в статье «Босый волк и напевы готских дев» (5) я усомнился: «Почему злополучные девы - в связи с незначительным, в сущности, поражением Игоревых ратей вспоминают так легко и привычно тоже незначительное в общем событие тысячелетней давности?

    И автор «Слова», каким бы просвещенным он ни был, едва ли он, сын своего века, мог знать факты столь отдаленные, тем более, что в этом, по-видимому, не было никакой надобности. Вероятно, речь идет о чем угодно, только не о мифическом анте Бозе».

    Сегодня, перечитывая ту свою работу, я отказываюсь от нее. Кроме приведенного отрывка. И добавляю: для автора даже времена Ярослава Мудрого - давние. Историческое прошлое, в его представлении, ограничивается пределом XI века. У интеллигента XVIII века прошлое включает, по крайней мере, два тысячелетия. Приписывая Автору столь глубокий взгляд в древность, мы невольно искажаем картину диалектического развития исторического сознания.

    И действительно, чтобы так запросто упоминать историческое имя. Автор должен быть уверен, что читатели поймут даже такой намек. Мы должны признать, что история антов была широко известна в Киевской Руси XII века. Каждый грамотный русич знал ее. Но что тогда поделать с тем фактом, что ни один из многочисленных источников славянской письменности не углубляется в своем знании истории ниже IX-Х веков? И нет никаких доказательств того, что произведение Иордана читалось в Руси. Но даже если бы его переводили и любили, почему именно антов автор избрал в качестве предков славян? Ни о языке их, ни о культуре, даже о месте обретания их в 375 году нет у Иордана никаких известии кроме того, что он их называет гуннским племенем. Но и сейчас вряд ли какой историк назовет гуннов славяноязычным народом.

    Автор «Слова», мне кажется, вовсе не знал о существовании гуннов, готов и тем более антов (ант скорее всего связано с латиногреческим анти - противоположное; древнее; чужое. Так могли обобщенно называть латиняне любого противника).

    «Амал Винитарий... с горечью переносил подчинение гуннам. Понемногу освобождаясь из-под их власти и пробуя проявить свою силу, он двинул войска в пределы антов» (6). Здесь «ант», возможно, синонимично термину «гунн». Но даже если поверить всему, что нагородили историки, вызывает возражение и то, что «готские девы», враждебные анту - Игорю, поют радостно о поражении его предка Боза и лелеют месть за половецкого хана Шарухана. Так близко к сердцу могли принимать поражение половцев в начале XII века, наверное, половецкие девы, а вовсе не древнегерманские.

    «Простор» опубликовал и ответ на мою статью, который был прислан В. Ф. Соболевским, известным специалистом по древнерусской литературе (7).

    Всю эту работу он посвятил одному - защите Божа. Правда, никаких новых аргументов в пользу его уважаемый ученый не представил, справедливо полагая, что в некоторых условиях убежденность - главный аргумент: «Ошибочность суждения

    О. Сулейменова явно проистекает из утверждения о случайном фонетическом совпадении «Боза» и «Бусово». Такой вывод противоречит историческим данным». Или: «Чем же была вызвана у автора «Слова» надобность говорить об антском короле Бусе, (уже не «Бооз».-О. С.) о факте столь отдаленном и заставлять «готских дев» поминать об этом? Вот здесь и выступает действительный общий замысел «Слова» - подействовать на патриотические чувства всех русских князей, напоминая им о тех далеких временах, когда антский король Бус отражал набеги готов...»

    Напоминать можно тем, кто знал об этом. Неужели все русские князья XII века проходили в школе подробнейший курс по истории готов и антов? И потом, не так уж успешно отражал Бооз набеги готов, если оказался распятым на кресте вместе со всеми своими сыновьями. Примеры такого отражения можно было бы найти и не в столь далекой истории...

    Далее В. Ф. Соболевский приводит свой главный аргумент: «Можно не сомневаться в том, что автору «Слова» были известны исторические материалы, которыми он пользовался».

    Доказательств столь ответственного утверждения нет пока, но есть уверенность. Таким образом, В. Ф. Соболевский убедил меня, что автор и все его читатели - удельные князья, бояре и прочая, и прочая знали десять строк из сочинения Иордана.

    ...Даже, описывая всем известные действия или выражения книжного происхождения, писатель или переписчик обычно делали ссылки на источник (чаще всего церковный), из которого почерпнуто знание. Например, в «Житии и хождении Даниила» (Кирилло-Белозерский список) часты библиографические ссылки типа: «якоже во Еуангелии писано» (л. 142) и «прочая писано в Паремии» (л. 159), «и прочая писано в Житии ея (богородицы)» (л. 148) и «прочая в Деяниях» (л. 142) и пр. и пр.

    Авторы или книгописцы так кратко отсылали читателя к произведениям широкоизвестным.

    Если же источники малоизвестны, то ссылки более подробны и событие малоизвестное описывается значительно шире. В «Слове» же «время Бусово» никак не комментируется, что может служить доказательством или некнижного, т. е. неисторического его происхождения, или же чрезмерной известности этого выражения, что невозможно.

    Лингвисты-тюркологи несомненно уточнят прочтение и разбивку найденной в гуще древнерусского текста тюркской фразы. Может оказаться, что некоторые сочетания неверны. Но композиция «Плеснь»-«знаешь» и «дебрь кисань»-«железные путы» мне кажутся твердо доказуемыми.

    Более десяти лет назад я впервые так прочел «плеснь ...дебрь кисань», непрерывно искал им опровержения и лишь сейчас решаюсь опубликовать эту находку. Ценность ее для истории языковых взаимоотношений Руси и Поля неоценимо велика и относиться к ней надо со всей бережливостью.

    Это первое тюркоязычное предложение, обнаруженное в славянском источнике до XIII века. Мы не встречали до этого рубежа даже пары тюркских слов, объединенных синтаксической связью.

    Итак, весь микроэпос «Сон Святослава и его толкование боярами» в протографе выглядел, по-моему, в следующем виде (8):

    А Святъславъ мутенъ сонъ виде:
    В Kieвe на горахъ снчь
    съ вечера одевахъть мя, рече,
    чръною паполомою на кроваты тисове;
    чръпахнуть ми синее вино cъ трутомь смешено.
    Сыпахуть ми тъщи тулы поганыхъ тльковинъ
    великый женчюгь на лоно и негуютъ мя.
    Уже дьскы безъ кнеса вмоемъ тереме златовръсемъ.
    (Всю нощь съ вечера) бусоврамне (възграяху). «Блеснь скана
    болони беша дебрь кисан ю инес ошлюкъ син
    (ему морю)».
    И ркоша бояре Князю:
    «Уже, Княже, туга умь полонила;
    Се бо два сокола слетеста съ отня стола злата:
    поискати града Тьмутороканя,
    а любо испити шеломомь Дону.
    Уже соколома крильца припешали
    поганыхъ саблями,
    а самаю опустоша въ путины железны.
    Темно бо бе, гдн:
    два солнца померкоста,
    оба багряная стлъпа погасоста
    и съ нимъ молодая месяца (Олегъ и Святъславъ)
    тъмою ся поволокоста на реце на Каяле,
    Тьма светъ покрыла: по Руской земли прострошася Половци.
    Ак пардажи уй въ море погрузиста и великое буйство подасть
    Хинови.
    Уже снесеся хула на хвалу,
    уже тресну нужда на волю,
    уже връжеса дивъ на землю
    (се бог отский)
    Красныя девы въспеша на брезе синему морю, звоня руским златом.
    Поютъ бусоврамне,
    лелеютъ месть Шароканю.
    А мы уже, дружина, жадни веселiя.

    Примечания:

    1. Слово о полку Игореве. Перевод и комментарии В. И. Стеллецкого.М., 1967, стр. 160-161.
    2. Там же, стр. 70.
    3. Слово о полку Игореве. Комментарий О. В. Творогова, М.-Л., 19в7, стр. 503.
    4. «Слово о полку Игореве» - поэтический памятник русской письменности XII века. Львов, 1876.
    5. «Простор», 1962, № 11.
    6. Иордан. О происхождении и деянии готов. («Гетика»). АН СССР, 1960, стр.115.
    7. Соболевский В. Ф. Готские девы в «Слове о полку Игореве». «Простор», 1963, № 5.
    8. В скобках даны дописки Переписчиков. Подчеркнуты объясненные мною места.



  • дальше >>




  • ← назад   ↑ наверх