• История -Публицистика -Психология -Религия -Тюркология -Фантастика -Поэзия -Юмор -Детям                 -Список авторов -Добавить книгу
  • Константин Пензев

    Хемингуэй. Эпиграфы для глав

    Мусульманские праздники

    Тайны татарского народа


  • Полный список авторов

  • Популярные авторы:
  • Абдулла Алиш
  • Абдрахман Абсалямов
  • Абрар Каримулин
  • Адель Кутуй
  • Амирхан Еники
  • Атилла Расих
  • Ахмет Дусайлы
  • Аяз Гилязов
  • Баки Урманче
  • Батулла
  • Вахит Имамов
  • Вахит Юныс
  • Габдулла Тукай
  • Галимжан Ибрагимов
  • Галимъян Гильманов
  • Гаяз Исхаки
  • Гумер Баширов
  • Гумер Тулумбай
  • Дердменд
  • Диас Валеев
  • Заки Зайнуллин
  • Заки Нури
  • Захид Махмуди
  • Захир Бигиев
  • Зульфат
  • Ибрагим Гази
  • Ибрагим Йосфи
  • Ибрагим Нуруллин
  • Ибрагим Салахов
  • Кави Нажми
  • Карим Тинчурин
  • Каюм Насыри
  • Кул Гали
  • Кул Шариф
  • Лев Гумилёв
  • Локман-Хаким Таналин
  • Лябиб Лерон
  • Магсум Хужин
  • Мажит Гафури
  • Марат Кабиров
  • Марс Шабаев
  • Миргазыян Юныс
  • Мирсай Амир
  • Мурад Аджи
  • Муса Джалиль
  • Мустай Карим
  • Мухаммат Магдиев
  • Наби Даули
  • Нажип Думави
  • Наки Исанбет
  • Ногмани
  • Нур Баян
  • Нурихан Фаттах
  • Нурулла Гариф
  • Олжас Сулейменов
  • Равиль Файзуллин
  • Разиль Валиев
  • Рамиль Гарифуллин
  • Рауль Мир-Хайдаров
  • Рафаэль Мустафин
  • Ренат Харис
  • Риза Бариев
  • Ризаэддин Фахретдин
  • Римзиль Валеев
  • Ринат Мухамадиев
  • Ркаил Зайдулла
  • Роберт Миннуллин
  • Рустем Кутуй
  • Сагит Сунчелей
  • Садри Джалал
  • Садри Максуди
  • Салих Баттал
  • Сибгат Хаким
  • Тухват Ченекай
  • Умми Камал
  • Файзерахман Хайбуллин
  • Фанис Яруллин
  • Фарит Яхин
  • Фатих Амирхан
  • Фатих Урманче
  • Фатых Хусни
  • Хабра Рахман
  • Хади Атласи
  • Хади Такташ
  • Хасан Сарьян
  • Хасан Туфан
  • Ходжа Насретдин
  • Шайхи Маннур
  • Шамиль Мингазов
  • Шамиль Усманов
  • Шариф Камал
  • Шаукат Галиев
  • Шихабетдин Марджани
  • Юсуф Баласагуни




  • Небольсина Маргарита Викторовна

    Когда вернусь в казанские снега...

    (Антология русской прозы Татарстана ХХ-ХХI вв.)

    ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ РУССКОЙ И РУССКОЯЗЫЧНОЙ ПРОЗЫ В РЕСПУБЛИКЕ ТАТАРСТАН.

    Татарская и русская литературы в Татарстане сосуществуют как две параллельные прямые. Близкие, родственные, но не пересекающиеся. Многочисленные переводы с языка на язык, безусловно, сближают их. Но не сплачивают. Потому, возможно, что переводы эти, как правило, односторонни: с татарского на русский и никак иначе.

    «Я очень радовался, когда моя книга выходила на русском языке. Это надо не только для русских. Половина татар читает на русском. Как ни оценивай — это факт. Однако я, как писатель, в переводе все-таки теряю. Ощущаю дискомфорт. Но ведь и оригинал есть. Перевод его не отменяет. Поэтому я спокоен, поэтому — у меня радость, что книга попала к широкому читателю...» – сказал татарский писатель Амирхан Еники в одном из своих интервью журналу «Казань».[1]

    Русская литература в национальных республиках — тема отдельного исследования. Очевидно, в каждом регионе ситуация складывается по-разному. Однако общим, вероятно, является активное взаимопроникновение и взаимообогащение разноязычных культур.

    Русская литература в Татарстане живет своей, во многом автономной жизнью. Не избалованная бюджетной подпиткой, во многом предоставленная сама себе, она, при всех сопутствующих неудобствах, оказывается порой более живучей, приспособленной к реалиям современности, нежели национальная. И с каждым годом она все явственней заявляет о себе – она уже давно не на обочине культурной жизни республики.

    Несколько лет назад в Казани была издана антология русской поэзии «Как время катится в Казани золотое». Это натолкнуло авторов данной книги на мысль об издании антологии прозы, и не просто прозы, а прозы русских и русскоязычных писателей с целью ознакомления читателей с их творчеством.

    По ряду причин прозаики оказываются менее известны, нежели поэты. Вероятно, это происходит потому, что прозе в меньшей степени присущи зрелищность, эстрадность, тусовочность, если угодно. Трудно вообразить себе фестиваль прозаиков, не так ли? Однако в популярном Пушкинском изречении «Лета к суровой прозе клонят» ключевым, думается, является слово «суровой», ибо оно предполагает несуетное, и потому более внимательное, беспристрастное осмысление жизни.

    Хочется отметить, что в среде русских писателей год от года растет удельный вес литераторов-татар, пишущих на русском языке, которые имеют свой круг читателей, и литература их была и остается востребованной.

    Не случайно возник и новый термин «русскоязычная литература», ибо после 1917 г. советская литература стала носить не только национально-специфический, но и «пограничный» характер, когда «писатель мыслит в координатах одной национальной культуры, но на языке, в речевых формах другой национальной культуры».[2]

    Русскоязычных авторов условно можно разделить на три категории: те, кто, творя по-русски, считает себя, тем не менее, ветвью именно татарской литературы: это Равиль Бухараев, Рустем Кутуй, Рафаэль Мустафин; те, кто, идентифицируя себя как русских писателей, тяготеет в той или иной степени к национальным истокам:

    это Лилия Газизова, Рустем Сабиров, Салават Юзеев; и те, наконец, кто, будучи татарами по крови, отчетливо отнесли себя именно к русской литературе вне всякой национальной привязки — Руслан Галимов, Диас Валеев.

    В одном из своих интервью известный татарский драматург Туфан Миннуллин, ныне покойный, на вопрос, как он оценивает ту огромную армию, пишущую на русском языке, ответил: « Русскоязычные писатели... Мне самому не нравится этот термин. Почему? Да потому, что у этого слова нет лица. Или вот долгое время имело место расхожее определение «советский писатель»... Человек так устроен, что, даже не зная ни одного слова на родном языке, он все равно стремится к истокам».[3]

    Рустем Кутуй, сын известного татарского писателя Аделя Кутуя, пишущий на русском языке, много и плодотворно переводил на русский татарских поэтов, удваивая и утраивая их читательскую аудиторию. Однако коллеги из Союза писателей долго не принимали Рустема Кутуя за «своего». «Чужак, пишущий на чужом языке».

    «...я в обиде на тех татарских писателей, которые не смогли внедрить в душу своих детей любовь к родному языку. Узнал вот, что внучка писателя Абсалямова получила престижную премию, обрадовался за нее. Но если бы она писала на татарском языке, – эта новость была бы еще радостнее. А так Альбина Абсалямова — для меня отломанный кусок», – достаточно резко отметил Т. Миннуллин.[4]

    Нам кажется, что в том, что писатель, принадлежащий к одной национальности, пишет на другом языке, нет ничего сверхъестественного. Писатели, пишущие на русском языке, были и остаются родными сыновьями своего народа. И, наверное, бесполезно давать оценки такому явлению. Литературу питает жизнь, а жизнь оценок не дает и в них не нуждается.

    Всероссийская научно-практическая конференция «Актуальные проблемы и перспективы развития русскоязычной литературы в контексте национальных литератур», прошедшая в Казани в ноябре 2011 г., затронула и этот вопрос, и не было на него однозначного ответа, да и быть не могло.

    Р.Ф.Харрасова отмечает: «Нет другого русскоязычного поэта, который использовал бы так обильно в своем творчестве детали, взятые из татарского быта, образы, близкие моему народу. Видно, что он до мельчайших подробностей знаком с его историей. Когда читаешь стихи Рустема Кутуя, чувствуешь родное, близкое, даже забываешь о том, что строки написаны по-русски. Мне кажется, хотя он и был русскоязычным по тонкости духа, по мелодии души, по своему мировоззрению, был истинно татарским поэтом».[5]

    Р.С. Зарипова говорит о том, что Рустем Кутуй очень много сил прилагал, переводя на русский язык произведения татарских писателей. При этом он широко использовал темы и образы, характерные для татарской литературы.[6]

    Исследуя мифологию творчества Р. Кутуя, Р. Ш. Сарчин пишет следующее: «... Кутуя можно назвать выразителем тоски татарского народа по своим булгарским истокам, по простору, по степному чувству воли, дающему ощущение почвы, корней».[7]

    Однако с ними полемизирует Я.Г. Сафиуллин, указывая на то, что писатель, не идентифицирующий себя с русской нацией, не может создать на русском языке отличную от русской литературы литературу, заимствуя при этом материал из национальной литературы: «Главное в литературе не темы, сюжеты, идеи, к которым обращается писатель. Их не так много, и они в основном наднациональны. Главное в проблематизации их, осуществляемой средствами, возможностями языка, во власти которого находится писатель».[8]

    На вопрос журналиста Р.Даутовой, имеет ли смысл издать отдельную антологию писателей-татар, пишущих на русском языке, Т. Миннуллин ответил за десять лет до своей смерти:

    «Если хотят, пусть объединяются и сами выпускают. А потомки... они будут искать свои корни у нас, писателей, писавших на татарском языке. Мы же не ищем татарина среди тех, кто писал на английском или голландском. Поймите, русскоязычные – зигзаг нашей истории. Татарская литература — это мы, а не они».[9]

    Главный парадокс состоит в том, что и русская литература не стремится признавать русскоязычных писателей за «своих». Таким образом, возникает опасность, что национальный писатель, пишущий на русском языке, никому не нужен. И его одинаково легко может потерять и русская литература, и национальная.

    По данному поводу спорить можно бесконечно, и каждое мнение имеет право на существование. Можно по-разному относиться к этому явлению, но факт остается фактом: число русскоязычных авторов из года в год увеличивается.

    Русскую и русскоязычную прозу Татарстана невозможно рассматривать как нечто единое, сложившееся. Это некая дисгармония гармоний. Всякий автор по-своему гармоничен, однако схожих авторов нет и не было. Это некая естественная, природная дисгармония, которая воспринимается естественно и слуха не режет.

    Каждый автор писал о своем времени, насколько многолика эпоха, настолько различны и несхожи пути татарстанских прозаиков.

    Военная проза представлена спокойным, несуетным словом Тихона Журавлева, которому удавалось о страшном писать спокойно и обыденно. Энергичным и динамичным языком Геннадия Паушкина. Прозу Юрия Белостоцкого и Дмитрия Сычева пронизывает романтика неба, замешанная на жестокой прозе войны.

    Особо хотелось бы выделить жизнь и судьбу Сергея Ефремова. Участника обороны Одессы и Севастополя, узника Дахау и Бухенвальда, познавшего горечь сталинского Гулага. «Дорогие мои, родные мои, сегодня я не должен умереть, просто, не имею такого права!.. Здесь, где для утраты человеческого достоинства и совести сделано все, я, изверившийся, вновь обрел, буду нести в своем сердце и никогда не потеряю веру в самое дорогое, что есть на земле, — веру в человека...».

    Философская проза представлена, в первую очередь, произведениями Равиля Бухараева, Диаса Валеева, Рустема Кутуя. Если у Кутуя философия тесно переплетена с природой, то Диас Валеев более обращается к миру искусства, Бухараева же более волнуют сложные сплетения человеческих взаимоотношений.

    К философской прозе тяготеют также произведения Натана Солодухо, Рустема Сабирова, Салавата Юзеева. В аллегории Н. Солодухо повествуется о том, какую бессмысленную жестокость таит в себе праздное и простое, казалось бы, любопытство. В рассказе Р. Сабирова – попытка заглянуть за черту незнаемого. В рассказе же Салавата Юзеева – отчетливое тяготение к татарскому национальному фольклору.

    Тема творчества Софьи Радзиевской и Василия Подгорнова — полный тайн и загадок мир природы. Без философского осмысления, но с любовью ко всему сущему и живущему.

    Роман Владимира Корчагина «Тайна реки Злых духов» был в свое время, выражаясь языком современности, «культовой книгой». Его зачитывали до дыр, его расхватывали из магазинов и из библиотек.

    Повести Веры Арямновой, Эльмиры Блиновой, Лилии Газизовой, Маргариты Небольсиной проникнуты особым, узнаваемым «женским» юмором, немного горьким и ностальгическим.

    Произведения Нонны Орешиной, единственной женщины, летавшей на реактивных самолетах вертикального взлета, имеющей за спиной десятки парашютных прыжков, пронизаны романтикой неба, повествуют о нелегкой судьбе летчиков и их семей.


    В КАЧЕСТВЕ ПОСЛЕСЛОВИЯ

    Можно ли считать татарскую литературу и литературу татар, пишущих на русском языке, двумя ветвями одного древа – вопрос риторический. Ответа на него нет. Да и нужен ли он?

    И, думается, нет смысла пытаться как-то систематизировать этих авторов, делить их по мировоззрению, политическим взглядам, философским концепциям, уровню дарования или популярности. Все они – это наша история, наша культура, наше наследие. Предоставим право выбора нашим читателям.

    Настоящая антология (в переводе с греческого – «выбор цветов») является первым опытом издания избранных произведений русских и русскоязычных прозаиков Республики Татарстан.

    Произведения авторов представлены без деления на «довоенную» и «военную», «советскую» и «постсоветскую» литературу, на творчество русских и русскоязычных авторов.

    Остается надеяться, что книга найдет своего читателя и не оставит его равнодушным.

    М.В. Небольсина, кандидат филологических наук


    Содержание



        продолжение >>
    Небольсина Маргарита Викторовна
    Когда вернусь в казанские снега... (Антология русской прозы Татарстана ХХ-ХХI вв.)
    Составители М.Небольсина, Р.Сабиров Казань, 2013 г..
  • Небольсина Маргарита Викторовна:
  • Война...Судьбы...Память...Песни...
  • Господи, не бросай меня в терновый куст! (рассказы и повести о любви)
  • Смысл жизни разгадать пытался я... (повесть)
  • Когда вернусь в казанские снега... (Антология русской прозы Татарстана ХХ-ХХI вв.)




  • ← назад   ↑ наверх